ТАСС уполномочен заявить: «Глава Банка России дала интервью «Уолл стрит джорнэл»

Фото: http://www.kokh.ru Фото: http://www.kokh.ru

Пока страна концентрирует усилия для выполнения майского указа Президента, определяющего цели и задачи на ближайшую перспективу и направленного на улучшение благосостояния страны, глава Центрального Банка РФ в интервью популярной в кругах американского истэблишмента газете «Уолл стрит джорнэл» заявляет, что в ближайшие годы темп роста экономики не превысит 1,5-2,0 процентов. Прямо не говорится, но между строк читается – ни при каких условиях. Даже если цена на нефть превысит 100 долларов за баррель. То есть наши заокеанские друзья могут особенно не ломать голову над санкциями, поскольку в любом случае по пути социально-экономического прогресса мы далеко не продвинемся.

Вздохнув с облегчением, газета деловых кругов США назвала Набиуллину «невероятным помощником Путина». При этом пояснила, за какие заслуги руководитель главного банка страны удостоилась такого почетного, хотя и излишне эмоционально окрашенного звания. Оказывается, когда она в 2013 году возглавила ведомство, занимающее одно из центральных мест в рыночной экономике, оно представляло собой «сонное учреждение с плохо обученным персоналом с ограниченными полномочиями». Сейчас, видимо, учреждение взбодрилось, а персонал приобрел повышенную квалификацию, приступив к реализации своих полномочий во всей широте и полноте.

Прежде всего, по словам председателя, «в обстоятельствах, когда мы начали сталкиваться с внешнеполитическими вызовами и геополитическими рисками финансовой системе было необходимо стать очень сильной и очень стабильной».

Безусловно, стабильная финансовая система – это не только хорошо, но и необходимо для функционирования рыночной экономики. Но какие особенные «внешнеполитические риски» были в 2013 году? Понятно, что они есть всегда и для всех без исключения. Но ни о каких экстраординарных внешних опасностях в то время речи не было. Главное же в другом. Финансовая сфера не существует сама по себе. (Кроме отдельных малых стран, специализирующихся на банковских операциях или финансовом посредничестве). Она органически связана с реальным сектором, производящим товары и услуги. По-настоящему устойчивую финансовую и банковскую систему можно выстроить только на фундаменте прочной экономики. А не наоборот.

Регулятор же, отмежевавшись от задач стимулирования экономики и ограничив зону своих интересов денежно-кредитными отношениями, нацелился на подавление инфляции. Инфляция в то время, действительно, была высоковата. Но отнюдь не препятствовавшая развитию хозяйства и не особенно мешавшая бизнесу. Тем не менее, Банк России, объявил о переходе к политике таргетирования инфляции, поставив в качестве ориентира неизвестно откуда взявшуюся цифру 4 процента годовых. Поскольку, несмотря на повышение знаний, персонал не знал никаких иных методов борьбы с ростом цен кроме повышения ключевой ставки, то этот инструмент удерживали на высокой отметке.

На инфляцию эти действия особого впечатления не производили, поскольку у нас она обусловлена не монетарными факторами. А вот производству (читай, бизнесу) в условиях дорогих кредитов приходилось туго. Поэтому и темпы роста экономики топтались «околонуля» со всеми вытекающими последствиями. Однако, бизнес обладает способностью приспосабливаться практически к любым даже жестким условиям. Поэтому через некоторое время хозяйство стало оживать, а инфляция на этом фоне снижаться. Регулятор, не изменяя своей привычке приписывать все экономические успехи себе, это достижение записал на свой счет.

Высококвалифицированных сотрудников память подвела как минимум еще раз. Не столько память, сколько манера оперировать удобными для себя периодами. Всем памятно лето-осень 2014 года. Тот год, когда обвалился рубль. В интерпретации «Уолл стрит джорнэл» события выглядели следующим образом: российская валюта вдруг начала рушиться, а умелые и решительные действия регулятора, повысившего ключевую ставку, предотвратили катастрофу.

На самом деле история началась чуть раньше. Всего на пару месяцев. Тогда регулятор объявил о том, что он перестает поддерживать свою национальную валюту и ушел с рынка. Естественно, началось движение рубля вниз. Тем более, что на то были фундаментальные причины, главная из которых - неустойчивое положение экономики в целом. Трезво мыслящие эксперты и аналитики пытались обратить внимание регулятора на события на валютной бирже, но неизменно получали холодный ответ, что, мол, все под контролем, и ЦБ включится, когда сочтет необходимым. Необходимым свое вмешательство он счел лишь тогда, когда падение национальной валюты перешло в режим биржевой паники, а курс упал до сотни рублей за доллар. Только тогда регулятор «вздернул» ключевую ставку до 17 процентов. Оказывается, для того чтобы «предотвратить бегство капитала и пресечь инфляцию». И даже назвала это «возрождением». Ни больше , ни меньше!

Паника (подчеркнем, при попустительстве регулятора) была пресечена. Экспортеры наверняка получили дополнительные курсовые доходы. Неплохо наварили спекулянты. Но столько же проиграли импортеры, переложившие бремя своих дополнительных расходов на цены, что обусловило повышение инфляции. Ни о каком развитии экономики при таких чудовищных ставках по кредиту и речи быть не могло. В проигрыше оказались те, у кого были сбережения в иностранной валюте, не говоря о тех, кто брал валютный кредит, прежде всего ипотечный. Попутно заметим, что и в Америке и в Западной Европе ставки рефинансирования (у нас она называется «ключевой») не достигали и полупроцента. Ведь центральные банки этих государств ориентируются прежде всего на стимулирование бизнеса, а не на денежные манипуляции.

Под давлением реальных потребностей хозяйства Банк России все-таки приступил к снижению ключевой ставки. Американским изданием эти действия вновь были поставлены ему в заслугу. Оно как-то подзабыло, что заоблачная ставка была вынужденной мерой, введенной в результате мало удачных действий российского регулятора. Как будто уже нет живых свидетелей того, что произошло на самом деле.

Возросший научный потенциал сотрудников главного банка страны, участвующих в подготовке докладов и интервью председателя, побудил их углубиться и в теорию. Глава цэбэ поведала, что прежняя модель, основанная на потребительском спросе, себя исчерпала, и надо бы придумать что-то новое. Видимо, спичрайтеры пока освоили только простенькие учебники, не научившись пользоваться реальным статистическим материалом. О какой опоре на потребительский спрос можно всерьез говорить при существующих уровнях заработных плат и пенсий? В условиях, когда 4 года подряд снижается уровень реальных доходов населения? Когда в нижнем по доходам слое наблюдается закредитованность, поскольку люди не могут свести концы с концами? Как метко заметил один из сайтов «закончилось то, чего не было»!

Ближе к концу интервью американскому изданию глава российского Центрального Банка заявила, что расчистка банковского сектора почти завершилась. Однако, она видит еще более серьезные проблемы для экономики. И тут спорить не приходится. Трудные времена будут до тех пор, пока не придет понимание того, что повышенные цены на нефть дают шанс (а главное, финансовые ресурсы) на то, чтобы развивать экономику, а не вводить «бюджетные правила» для формирования всяких страховых фондов для поддержки экономики в плохие времена. И до тех пор, пока не придет понимание того, что ключевая ставка, зажимающая производство и бизнес, приносит больше вреда, чем пользы.

Михаил Беляев, ведущий аналитик Агентства СЗК

 

Книжный

«Взлёт над пропастью. 1890-1917 годы»

Книга доктора исторических наук, профессора МПГУ Александра Пыжикова «Взлёт над пропастью. 1890-1917 годы» посвящена последним трём десятилетиям Российской империи. На этом историческом отрезке сконцентрировалось всё:…

    Go to top