Россия: Для возрождения литературы нужна государственная программа

Советская цивилизация исчезла. По самым разным причинам исчезла навсегда. Но беда в том, что исчезли не только реалии советской жизни, в которой было столько же хорошего и разумного, сколько и плохого и нелепого, но исчезает и многое из того, что составляло душу русского народа, заменяясь непонятно чем. Духовные интересы многих наших соотечественников за 20 с лишним лет сместились в сторону чисто материальных потребностей и соблазнов. Разрушается единое культурное пространство, дебилизируется подрастающее поколение. Как в языческие времена, главным лозунгом стало - потреблять и развлекаться. И наша литература и искусство принялись вовсю обслуживать именно эти две потребности.

Король умер. Да здравствует?..

Конечно, литература, как и любое культурологическое явление, многогранна и призвана выполнять самые разнообразные функции, в том числе и просто развлекать и забавлять и читателя. Но нельзя же всю литературу в угоду рыночной стихии сводить лишь к такого рода экзерсисам, да еще не самого высокого уровня. Если в симфоническом оркестре каждый инструмент, подчиняясь организующему руководству дирижера, ведет свою партию, то в результате рождается гармоническое сочетание звуков. Но беда, если один инструмент начинает заглушать своих соседей в оркестровой яме, да при этом еще нещадно фальшивит.

СССР была самой читающей страной в мире

Именно с подобной дисгармонией мы столкнулись сегодня. Причем удручает даже не само доминирование детективов, триллеров, любовных романов и фэнтези, сколько качество этих многочисленных поделок.

Писателями сегодня величают себя скучающие жены «новых русских», поп-звезды и звездочки, ток-мэны и шоу-леди. Любой графоман при наличии тугого бумажника или административного ресурса может «сваять широкое литературное полотно» (сам слышал это выражение) и двинуть свою «нетленку» на рынок. Прилавки книжных магазинов, экраны телевизоров, страницы журналов, не говоря уже об Интернете, оккупированы производителями чтива, художественные достоинства которых на уровне плинтуса.

Страдает русский язык – ткань и плоть литературы. Он вульгаризируется, засоряется жаргонными словечками и - уже не редкость - матерной лексикой.

В этом половодье «развлекаловки» настоящая литература потерялась и давно утратила свою важную общественную миссию.

А то, что подается сегодня критиками как настоящая современная литература, тоже страдает решительным креном лишь в одну сторону.

Проблемы, проблемы…

Литераторы и вообще люди, участвующие в литературном процессе, признают наличие надграничных, надгеографических проблем на литературном поле.

Перечислю лишь самые злободневные.

Падение интереса к художественной литературе, ведущее к общему культурному обеднению современного человека и – как следствие – к трансформации культурного пространства исключительно в «рынок». Книгоиздательский бизнес превратил книгу, которая воспитывает, учит, формирует и лишь иногда развлекает и отвлекает, исключительно в товар, который можно сравнить с духовным наркотиком.

Происходит девальвация ценности художественного слова; огромное количество текстов, заполонивших страницы журналов, альманахов и книг, - низкого качества, (порой просто безграмотных, с ненормативной лексикой, арго и жаргоном). Одновременно талантливые писатели, испытывающие трудности с публикациями, не могут пробиться к своему читателю и в результате так и остаются в безвестности.

Отсутствие системы критериев качества литературных произведений; практически исчезновение литературной критики как инструмента формирования и поддержки художественного вкуса; и при этом существование множества весьма сомнительных по уровню оценки конкурсов и премий.

Современный литературный процесс отличает отсутствие признанных авторитетов. Нет консолидирующей фигуры, которая могла бы направить литпроцесс в нужное русло, повела бы за собой остальных.

Нет литературных направлений и школ, способных бороться за созданную ими эстетику. Тому, кто знает, читал о литературных спорах, скажем, «серебряного века», современное состояние литпроцесса может показаться затхлым болотом, которое лишь иногда выделяет из своей толщи дурно пахнущие пузыри.

Есть очевидная зависимость от экономического фактора, от массовости. На первом плане – не читатель, а покупатель, не обсуждение, а потребление. Превалирует ставка на формальный успех. Великие произведения подвергаются авангардистской или постмодернистской вивисекции, после которой они становятся неузнаваемыми (классики в ужасе открестились бы от таких «чаек», «мертвых душ» или «онегиных»), но зато скандально популярными.

Литература стремится превратиться в другой вид искусства, хочет преобразовать текст в кинофильм. Сначала роман становится фильмом, потом потирают руки книготорговцы: классические произведения хорошо продаются ещё и потому, что на обложках портреты популярных актеров. Реальность такова, что воображение читателя стимулируется и корректируется в большей степени кинообразами, а не литературными героями. Уже привычно, что шедевры художественной литературы становятся комиксами, нет ничего шокирующего в том, что популярные книги быстро становятся компьютерными играми.

Отдельная проблема – тиражи современных изданий: они не соответствуют ни потребностям нашего общества, ни его структуре. Сегодня быстро расходятся лишь большие тиражи дешевых детективов, другие же книги, как правило, выпускаются тиражом 3000 экземпляров. Это то, чем можно обойтись сегодня, скажем в Москве или в Санкт-Петербурге. А что делать глухой провинции? Книгопечатание в России слишком централизовано. По данным Роспечати, в Москве печатается 81% тиража всех книг России, ещё 5% – в Санкт-Петербурге. На остальную Россию приходится всего 14% тиража. Это привело к тому, что в целом по России 46% взрослого населения совсем не читает книг. 67% россиян фактически не имеют домашней библиотеки.

Ещё одна проблема – число книжных магазинов. Во Франции, например, на 66,0 млн человек приходится 3500 книжных магазинов, в Германии на 86,0 млн — 4500. В России на 147 млн человек насчитывается порядка 1000 книжных магазинов, из которых на 6 млн жителей в Санкт-Петербурге и 13 млн жителей Москвы приходится всего по 200 книжных магазинов.

В России не хватает книжных магазинов

Кто такой писатель?

Кстати, о писателях. Поэтах, литературоведах, критиках и прочей публике, непосредственно причастной ко всему вышесказанному.

Если не считать горстку литераторов, обласканных властью и встроенных в некие либеральные или властные схемы, профессии писателя у нас в стране, по правде сказать, нет.

Есть, конечно, и союзы писателей, и какие-то литфонды, и съезды какие-то, гранты. Но самой профессии – нет. Система не отстроена. А мы рассчитывали, что отстроят. И человек, считающий себя писателем, пусть даже состоящий в одном из союзов, издающий время от времени книги, человеком трудящимся не признается. И годы, которые уходят у него на создание новой книги, осмысление, подготовку, написание, в трудовой стаж ему не зачисляются – со всеми, как говорится, вытекающими. Он бездельник. В терминологии прошлых лет, тунеядец. Работать надо – а это все так, хобби. Пока спустя годы это хобби вдруг не станет предметом гордости страны. Но до этого дожить надо. А у писателя ни льгот, ни денег (ведь известно, сколько платят в издательствах, если вообще платят), ни достойного статуса. В иерархии творческих профессий – кинематографисты, художники, архитекторы, музыканты – у писателя сегодня самое последнее место.

Что делать?

Известный русский и американский социолог Питирим Сорокин утверждал, что в истории бывают эпохи, когда доминирует идеальное, а бывают эпохи с приматом материального, которые чередуются, как маятник. Если это так, то мы, очевидно, живём сейчас в таком вот прагматическом времени. Чтобы не сидеть сложа руки в ожидании идеальной эпохи, когда литература вновь расцветёт пышным цветом, как в России XIX и XX веков, надо уже сейчас готовить приход «светлых времен».

Например, уже сегодня можно поддержать «толстые» литературно-художественные журналы, которые ныне влачат жалкое существование. Кстати, подобные журналы – это чисто русское явление. Они существуют в России уже более 250 лет и всегда благотворно влияли на развитие литературы. Такая же миссия возлагается на «толстые» журналы и сегодня.

Они позволяют скомпоновать и донести в рыночных условиях до большой читательской аудитории все разнообразие жанров. В одном «толстом» журнале можно читать и прозу, и поэзию, и критику, и публицистику.

Журнал, несомненно, дешевле любой, даже самой дешевой, книги. Притом его можно купить не только в киоске или магазине, но и получить по подписке или взять в библиотеке (конечно, если они туда поступают).

Те, кто всерьез ратуют за возрождение духовности в России и располагают средствами, могли бы всерьез помочь этому процессу. Их помощь заключалась бы в том, чтобы как можно больше таких журналов подписать и передать библиотекам. Сегодня в России несколько десятков тысяч библиотек, и каждая становится центром, который связывает россиянина с внешним миром, с культурой страны, дает человеку знания и уроки морали и нравственности.

Жизненно важно реанимировать закон от 8 августа 2001 г. «О лицензировании отдельных видов деятельности», по которому лицензирование издательской деятельности было отменено. Для всех участников книжного рынка в части издания литературы, связанной с образованием, наукой и культурой, вводились следующие льготы: освобождение от уплаты НДС; таможенной пошлины и сборов сделок, связанных с импортом и экспортом вышеуказанной литературы; таможенных пошлин, связанных с закупкой бумаги, полиграфических носителей, аудио- и видеоинформации, технологического и инженерного оборудования, ввозимых на территорию РФ и необходимых для производства этой литературы; обязательной продажи валютной выручки, получаемой от экспорта книжной продукции, связанной с образованием, наукой и культурой, если она использовалась на приобретение оборудования и материалов, необходимых для производства продукции средств массовой информации и книжной продукции, связанной с образованием, наукой и культурой, и его расширения. Кроме того, закон устанавливал льготные тарифы на услуги почтовой, телеграфной и телефонной связи «по тарифам, предусмотренным для бюджетных организаций».

Необходимо разработать эффективную комплексную государственную программу поддержки чтения, которая включит в себя, например, налаживание производства бумаги в нужном количестве, а заодно и других материалов для книжной продукции, которые наши издательства вынуждены закупать за рубежом – а при падении курса рубля это становится менее выгодно, что неизбежно отражается на цене книги. А сегодняшняя цена книги – это непреодолимая стена на пути к интеллектуальным радостям у подавляющего большинства россиян. Только и остается, что облизнуться бедному студенту при виде полок с книгами в магазине – средний ценник 350-500 рублей за книгу.

Можно сделать для литературы ещё много-много другого, чтобы мы опять стали самой читающей страной в мире. Но возрождение литературы должны подготавливать мы все – здесь и сейчас.

Дмитрий Поляков, Агентство СЗК

Мнение эксперта

Ольга Епифанова: Идеология – это свет

Для современной России однозначно нужна идеология. Что такое идеология? Это свод определенных целей, а также принципов и ценностей, с которыми мы живём. И которые, как фонарь освещают нам тот путь, по которому мы идём. Мы…

Коротко

Александр Колпаков о способе поддержки отечественного автопроизводителя

«Когда появятся эти машины в массовом производстве (автомобили Aurus, которые собираются в России), будем закупать их для транспортного обслуживания госслужащих. Мы обязательно будем поддерживать отечественных производителей».

    Александр КОЛПАКОВ, глава Управделами президента РФ

    Выступление в Госдуме депутата от ЛДПР Сергея Иванова по актуальным социально-экономическим вопросам.

    Книжный

    «Взлёт над пропастью. 1890-1917 годы»

    Книга доктора исторических наук, профессора МПГУ Александра Пыжикова «Взлёт над пропастью. 1890-1917 годы» посвящена последним трём десятилетиям Российской империи. На этом историческом отрезке сконцентрировалось всё:…

      Go to top